В 2:14 ночи семилетний Артур Костелло закричал так, что охрана особняка схватилась за оружие. Но медсестра Фиона Дженкинс схватилась за ножницы.
Мальчик выгнулся на кровати, хватаясь за шею.
— Оно снова кусает меня… — прошептал он сквозь слезы.
Фиона увидела кровь на дорогой шелковой наволочке. Она осторожно подняла голову ребенка и заметила три свежих прокола у основания шеи. Потом нажала на подушку рукой — и сама укололась.
Через секунду она уже разрезала пену.
Внутри была спрятана тонкая сетка с десятками игл. Их кончики смотрели вверх и были покрыты темным липким веществом.
Фиона похолодела.
Артур был не болен. Его медленно убивали.
Три недели назад ее нанял Доминик Костелло — влиятельный человек, которого в Чикаго боялись даже упоминать вслух. Его сын слабел с каждым днем: приступы боли, жар, ночные крики, онемение руки. Личный врач семьи, доктор Рид, уверял, что это редкое воспалительное заболевание.
Теперь Фиона поняла: врач лгал.
Она завернула подушку в простыню, взяла образец вещества с игл и заперла дверь. Через десять минут в комнату ворвался Доминик.
— Кто это сделал? — спросил он тихо.
Фиона показала ему подушку.
Впервые она увидела, как самый страшный человек в доме побледнел.
Доктора Рида нашли в кабинете, когда он пытался уничтожить медицинские записи Артура. Оказалось, он работал не один. Его подкупила женщина, которая мечтала получить контроль над наследством семьи Костелло. Пока мальчик слабел, она готовила документы, чтобы признать Доминика неспособным управлять делами из-за “психологического срыва”.
Но одна медсестра испортила весь план.
Артура срочно увезли в частную клинику. Яд удалось остановить вовремя. Через несколько недель мальчик снова держал карандаш, смеялся и просил Фиону не уходить.
Доминик предложил ей любые деньги.
Но Фиона сказала только:
— Купите ему обычную подушку. Без гербов. Без врачей. Без секретов.
И впервые за долгое время в доме Костелло ночью никто не кричал.
